После конца режима© пышно расцветет жанр воспоминаний чиновников, пресс-секретарей и госжурналистов, как им приходилось охреневать, а потом расхлебывать выходки своего босса (такой жанр появился после Ельцина, но тут будет побогаче и пострашнее).
18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАУНОВЫМ АЛЕКСНАНДРОМ ГЕРМАНОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАУНОВА АЛЕКСАНДРА ГЕРМАНОВИЧА.
Например, будут рассказывать, как все охренели, а потом расхлебывали, когда начальник вдруг заговорил, что Польша вынудила Гитлера напасть и в сущности сама виновата, и что совсем не случайно он с нее и начал. И как потом пришлось под это подстраиваться в заявлениях и учебных программах, и одновременно (это же после конца) всё это безобразие улаживать, сглаживать и стараться не замечать. Хотя не заметить трудно — это ж не одна оговорка, а целая стройная система в подробном изложении.
"Гитлер упрашивал их отдать мирно – поляки отказались", "Польша вынудила, Гитлеру ничего не оставалось", "Польша сама стала жертвой той политики, которую проводила", "Россия (по пакту Молотова-Риббентропа) вернула свои исторические территории", "Польша получила исконно германские территории", "ей опять вернули выход к балтийскому морю, Данциг, который стал называться по-польски Гданьском", ну и сами поляки, которые всё интервью вечно кого-то ополячивают.
Всё это не имеет прецедентов в российском и советском политическом языке за исключением короткого периода сближения СССР с Гитлером.
Но ведь риторические сближение с крайне-правыми диктатурами старой Европы сейчас и происходит. Жалобы на Запад, англосаксов, либеральное разложение, несправедливый мировой порядок, борьба с безнравственностью, моральным упадком и дегенеративным искусством, маскулинный традиционализм, культ воинов и великих предков характерны для ультра-правых европейских диктатур, и самих Германии и Италии, и их поклонников в версиях помягче, вроде Франко, Салазара и греческих полковников. Даже антикоммунистический компонент есть (Ленин, на пустом месте создающий Украину и надеюляющий ее правом выхода после того, как в вагоне австрийского генштаба приехал разваливать страну).
Причины такого выступления понятны.
1. Если сам ведешь агрессивную войну, тянет поискать справедливые резоны в поведении других агрессоров.
2. Очень типично для российского режима зеркалить движения противников, в данном случае поляков: обвиняете, что СССР вместе с Гитлером развязал Вторую мировую, кто как обзывается, тот сам так называется, вы с ним ее и развязали.
3. Общая пацанская, дворовая культура, склонная оправдывать агрессию неуступчивостью жертвы (мог бы мелочь отдать) и переносить вину с насильника на жертву ("а что она так оделась", "а что он так на меня смотрел").
4. Эстетические симпатии многих российских мужчин среднего и старшего возраста к фашизму, с которыми, думаю большинство так или иначе сталкивалось. Для носителей таких симпатий нацистская Германия, безусловно — враг, страшный и заслуженно побежденный, но, в отличие от "англо-саксов", враг прямой, открытый, и поэтому по-своему благородный, к тому же притягательный своей мощью, порядком, оружием, формой, Рифеншталью, сочетанием эффективной государственной машины и высоких, пусть и ложных, идеалов, не вот этот весь капитализм.
Отсюда один шаг до некоторого сожаления, что такая красота погибла зазря, а могла бы послужить чему-то хорошему. К этому образу мыслей эту категорию подталкивал и официальный антиамериканизм и полуофициальный антисемитизм СССР, а также травма распада Союза, породившая своего рода вневременную солидарность проигравших. Опять же битый враг, в отличие от еще не битого, не вызывает такого кипения желчи.
5. Отсюда известный феномен популярности Штирлица — нашего человека в нацистской форме, окруженного сложными, не схематичными нацистами, которых, кажется. немного переделать, и они с нами могли бы заняться чем-нибудь полезным, той же борьбой с Западом — тем более, что главный грех нацистов в "Семнадцати мгновениях" — их попытка договориться с Западом и ускользнуть от разгрома нами. Отсюда же легкие, едва слышные позднесоветские и постперестроечные разговорчики, о том, что главная ошибка Гитлера, что пошел против СССР, а если б не пошел, в интересном бы мы жили мире, давшие в том числе антиутопический мир Сорокина в "Голубом сале" и массу альтернативно-исторической беллетристики (впрочем, не только у нас).
6. Знакомство с источниками, которым явно увлекся Путин ("я видел документы") приводит к релятивизации большой картины. То что с расстояния кажется борьбой против абсолютного зла, в документах (тех же посольских депешах), да и просто газетах того времени выглядит как текущая геополитика, ну а где текущая геополитика, там и размен Данцигского коридора уместен, и "Польша вынудила".
За этим перечислением причин не стоит упускать вот этого взятого рубежа, он поразителен.
Официальная Германия упорно настаивает на том, что она одна виновата в развязывании Второй Мировой войны и не принимает предложений от посткоммунистических стран добавить к своей вине советскую. Зато руководитель России, страны бесконечно пострадавшей от нацизма, где готовы искать его оправдание даже в фотографиях на нумизматических сайтах, никогда еще со времен кратковременной и не очень искренней дружбы СССР с Германией в 1939-1941 гг. не проявлял такого понимания мотивов нацистского руководства и не подстилал ему соломку разделенной с другими ответственности.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
