В перестроечные годы многие недоумевали, как люди сталинской эпохи могли искренне бороться с космополитизмом. Конечно, были и профессиональные доносчики, и совсем уж беспринципные и бесталанные карьеристы – с ними все ясно. Но в идеологические кампании был вовлечен огромный слой людей, которые не были ни первыми, ни вторыми – а являлись крепкими профессионалами. Приходили к единственно возможному заключению – их заставляли. Берия с Абакумовым стояли за спинами и требовали, чтобы ученые клеймили позором растленный Запад, а деятели культуры творили на эту же тему в стихах и прозе.
Да, принуждение конечно же было – равно как и тесно связанное с ним двоемыслие. Но не стоит сбрасывать со счетов и другой фактор – желание самоутверждения, для страны и, разумеется, для себя вместе с ней. В послевоенном СССР одновременно было два общественных запроса. Первый – на открытость и большую свободу, основанный на союзничестве с западными странами во время войны. Второй – на государственный патриотизм, подчеркивание своей самости и превосходства над иностранцами. Обе тенденции были укоренены в истории – нечто подобное было и в начале ХХ века.
Сталин посредством борьбы с космополитизмом определил позицию государства – подавлять первый запрос и стимулировать второй. Ничего хорошего из этого не получилось не только с моральной, но и с сугубо прагматической точки зрения. Реальные успехи – в физике, например – были достигнуты вопреки борьбе с космополитизмом. А очевидные провалы – в биологии и кибернетике – возникли именно благодаря ей – равно как и усилившаяся провинциализация в гуманитарных науках.
В новой реальности тоже немало желающих самоутвердиться, прославить страну и себя – в самых разных сферах. Возвращается забытая риторика типа обличения "раболепствования перед западом" и "журналов с двойным английско-русским названием" (из постов архитектора). Очевидно, что будут востребованы и патриотические "национальные" школы в гуманитарных науках – от истории (в том числе истории науки) до международного права. Дойдет ли до физики и математики, пока непонятно – но всякого рода идеологические кампании весьма благоприятны для очередных отрицателей теории вероятности.
Причем востребованы не только для того, чтобы конъюнктурно обосновать, почему мы в данном конкретном случае правы, а они - нет. Но и более глобально – для самоутверждения и демонстрации первенства. Тем более, что так легче – не надо следить за современной зарубежной литературой, а можно ориентироваться на старые проверенные временем тексты. Доказывая, например, что первый полет на самолете совершил Можайский (эта версия появилась перед Первой мировой войной и была "раскручена" в сталинские годы), а закон сохранения массы научно обосновал Ломоносов (впервые об этом заговорили тоже в начале ХХ века).
Здесь есть общая рамка – у России всегда и во всем свой путь, уникальный и праведный, который хотят дискредитировать космополиты. Но хотя научный национализм неоднократно доказывал свою тупиковость (в том числе и объективно дискредитируя тех, кого хочет возвеличить – и Ломоносов, и Можайский действительно были выдающимися людьми, хотя и не совершали того, что им приписывалось), он живуч не только по административным, но и по психологическим причинам.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
