О том, что такое голодовка в тюрьме я знаю не понаслышке.
Это — крайнее во всех смыслах слова средство борьбы с беспределом системы.
Поэтому решение Алексея Навального начать голодовку вызвало у меня противоречивые чувства.
Никакой эксклюзивной информации о том, что происходит с Навальным на зоне, как с ним обращаются, каково его самочувствие и т.д. я не располагаю. Сужу, как и все, по сообщениям СМИ.
Понятно, что там не санаторий и все актуальные и потенциальные болячки в организме могут дать о себе знать.
И, конечно, качественного лечения тюремные врачи предоставить не могут (а часто и не хотят). Да что там качественного...
Но голодовка — такой "медикамент", который улучшению здоровья точно не способствует.
Знаю, пробовал.
Находясь в "Лефортово" я держал голодовку двенадцать дней.
Крайне неприятная штука: где-то на третий день во рту появляется непроходящая сухость, которую не снять водой (голодовку я держал "мокрую", "сухая" — вообще смертельный номер). На пятый-шестой день появляется слабость, все время лежишь, а встав, испытываешь головокружение. Через неделю во рту появляется противный ацетоновый привкус, дней через десять-двенадцать — признаки апатии. И это я еще был молодым и неправдоподобно здоровым человеком. Правда, остается фактор самой воды — какая она в тюрьмах по качеству и что там в примесях — можно только гадать.
Что дальше, за пределом двух недель — уже не знаю.
Голодовку пришлось прекратить, Во-первых, половина моих требований была выполнена (свидание с женой).
А во-вторых, на двенадцатый день в камеру пришел начальник "Лефортово" и официально предупредил, что с завтрашнего дня меня начнут кормить принудительно: сначала через ноздрю, а потом — еще хлеще.
Это все к тому, что когда я слышу, что какой-то сиделец голодает многими месяцами, а потом показывается перед журналистами в неплохой физической форме, в душе возникают смутные сомнения.
Длительная голодовка разрушает здоровье, очень длительная — прямая дорога на кладбище.
Надеюсь, что Алексей понимает, на какой опасный путь он встал.
Не знаю, будут ли выполнены его требования — хочется надеяться.
Не знаю, будет ли применена к нему процедура принудительного кормления — надеюсь, что нет.
Не знаю, насколько острой будет реакция общества (отдельно — в России, отдельно за рубежом — очень разные вещи).
В любом случае, я желаю Алексею с честью выйти из сложившегося положения и остаться живым и здоровым.
Ну и, наконец: может быть, у Навального и есть шанс выйти победителем из противостояния с пенитенциарной системой, но у рядового заключенного — точно нет.
Пробовать никому не советую.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
