Впервые я понял, что что-то не так, когда в сентябре 1981 года попал сначала в Хабаровск, а потом в город N, на стройку века - гигантский завод, который должен был строить такие же гигантские подводные лодки, неумолимо разящие все то, что дышит, плавает и живет.
Был я там в качестве финансового лейтенанта, брошенного из московской колыбели в мир металлургических заводов, силикатных казарм, внутренних и строительных войск, сопок с бурундуками, не виданных ранее бочек с красной икрой, бомжей, а также сизой колбасы, разыскиваемой с отчаянием в пору леденящих сердце морозов, под солнцем, похожим на холодное сердце.
Сметана была счастьем. На полках расцветали ананасы и морская капуста. В офицерском общежитии, в двадцати стоящих рядом умывальниках жили пеленки, похожие на розы.
По городу бродили в самоволках чеченская, казахская и сибирская роты, вызывая отчаяние любителей человечества. Солдатская кровать была местом ангельского сна, но не она была главным и сущим. Выше ее в миру были валенки, а еще выше - отчаянно желтого цвета младенческая коляска, у которой отваливалось правое колесо.
Это был город N, последняя невиданная стройка империи, никогда не завершенная, потому что у десятков тысяч согнанных туда людей закончились силы. Впервые я увидел продуктовые карточки, и подержал их в руках.
Всё было не так, город был переполнен колониями, химиками, бомжами, бичами и местами их обитания. И когда я подпрыгивал на трамвае, держа младенца, как букет в руках, дорогу пересекала длинная колонна под конвоем, свистящая и весело размахивающая руками в знак полной вольности, свободы и особого расположения к тем, кто заточён в трамвае.
Всё было не так, все, что зачерпывало людей, как рабочую, пригнанную, покорную силу, способную возвести последнюю пирамиду на границах империи. Вертикаль, подчинение, полное распоряжение, творог как чудо, присланное с материка.
Там было всё для воспитания свободного мышления - вместе с погонами старшего лейтенанта и водкой, в которой нужно искупать их звезды, соединившись с замполитом и самим полковником над чашей из холодного стекла.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
