Идея заставить покупать нашенское силой оружия не слишком оригинальна. Советский Союз такое делал нередко. Называлось это "СЭВ", Совет Экономической Взаимопомощи. Недостаток у этого Совета был только в том, что взаимопомощь в нем была не такой уж экономической. Товары поставлялись не по рыночной стоимости, а по принципам, установленным носителями самого прогрессивного учения. Чем это кончилось, известно. Но и в те далекие годы мне как-то мало приходилось слышать о том, чтобы венгерские программисты работали на "Агатах" (или СМ-4, или БЭСМ-6). Впрочем, такие знания мне почерпнуть было и неоткуда: невыездным я стал в 17 лет.
Сейчас эта идея получила свежее звучание. Смысл речи президентского – только вдумайтесь, президентского – уполномоченного по IT свелся к тому, что отстали мы не на много, а навсегда. Что с Америкой нам не тягаться. А не тягаться с ней не позволяет нам наша национальная гордость. И поэтому надо делать уважаемым партнерам такие коммерческие предложения, от которых нельзя отказаться.
Ну, это тоже не новость: утюг – оружие бизнесмена. Пошевелите истории начального капитала самых респектабельных, и обнаружите там много скелетов. Причем, часто (или – всегда?) – в самом буквальном смысле. Как признается один из архитекторов нашего общественного устройства (правда, не совсем архитектора – говорить об архитектуре нашей кучи трудновато), капитализм наш – бандитский, таким его и задумывали. Однако, вернемся к нашей теме.
Так как внутри мы порядок уже навели: кто надо при делах, кто не надо – не при них, то теперь самое время выходить на международную арену. Что-то неладно в мире. Хорошо бы заняться им. Понести, так сказать, миру пусть и не слишком доброе, но наше как бы вечное.
Готовить айтишников для этого – чистое вредительство. Куда правильней – танкистов и саперов. Так что вы, ребята-академики, хоть и шибко умные, но главного не понимаете. Экономика-шмакономика, конкуренции-качества там всякие – это все нам не надо. Не надо подбрасывать. Есть другие способы – кулак к носу. Это у нас в скрепах в генокод впечатано. По мордасам. И никуда не денутся. Купят. Как миленькие.
Почему такое стало возможно озвучивать? Думать – хотя не думать никакое, так не думают, так чувствуют – так вот, чувствовать так ведь и раньше многие чувствовали. Ну, не академики, конечно. Но так у нас ведь не весь народ – академики. А чувствует – весь. Но раньше такие чувства было как-то неловко демонстрировать окружающим. Многие вещи присущи человеческой природе. Но не все прилично делать прилюдно. Так вот – что же изменилось, что об этом стало возможно говорить публично? Да, еще и в ученом собрании.
Многое изменилось. Прежде всего, агрессивность сознания общества, накапливаемая многие годы, наконец, обрела более-менее устойчивые милитаристские формы. Если раньше диффузная агрессивность готова была пролиться на кого угодно – хоть на дворника-узбека, хоть на президента, то теперь для этого раскаленного газа определено четкое русло. На наших уважаемых партнеров. На них, на пиндосов – правнуков миллионерши Вандербильд, которая еще нашей прабабушке Елене (отчество история не сохранила) Щукиной не давала расширять словарный запас.
Соответственно, и вопрос, хотят ли русские войны, становится всё более риторическим – конечно, хотят. Правда, пока – лучше не отходя от телевизора. Но и сегодня уже находится немало молодых и не слишком молодых людей, не возражающих пострелять по живым мишениям.
Но это только одна из причин. Не менее важна другая – снижение порога "прилично-неприлично". Что естественно, то не стыдно. Условности всё это. Кто смел, тот и съел.
Стерлась эта грань. И – сейчас скажу неприятное – во многом нашими собственными стараниями. Нашим непониманием смысла свободы слова: нашим неразличением хороших слов и плохих слов и, как следствие – нашей снисходительностью к плохим словам: глупым, хамским, злобным...
И есть еще третья причина, во многом, правда, связанная со второй: падение авторитета ученых. С более чем понятной предпосылкой – падением качества (интеллектуального, прежде всего, но не только – и общекультурного, и духовного) тех, кто увенчан высокими степенями. Если в восьмидесятые мы шутили "год великого перелома – середняк пошел в доктора", то сегодня в доктора пошел уже не середняк, а часто самые обыкновенные бандиты. И – не только в доктора. Так что обращение "Вы, конечно, шибко умные, но маненько тут ошибаетесь" сегодня звучит куда меньшим диссонансом, чем в советские времена, когда доярки учили писателей, как писать и о чем писать.
И здесь у нас стерлась грань. Не так, чтобы между городом и деревней, а между академией и дворницкой (чтоб не сказать "малиной").
Удасться ли нам таким образом потеснить США в мире? Как нам того велят наши исторические амбиции и наши текущие возможности? Ответ хотя и очевидный, но при таком уровне дискуссии озвучить его все же будет нелишним.
Многие школьные хулиганы были недовольны тем, что они самые кулакастые, а учителя хвалят почему-то очкариков. И что не они, самые сильные и самые смелые ребята, а какая-то слизь занимают лучшие места в жизни. И многие хулиганы пытались отстоять свое место под солнцем с помощью кулаков, а потом – и ножей. Но кончалось у них у всех всегда одинаково.
Мир устроен так, что побеждает в нем не самый драчливый, а самый умный. Шпаненок вполне может поколотить отличника. Но он не умеет решать задачки. А именно это и оказывается самым важным в конечном итоге.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
