Полковник нижегородского УФСБ Сергей Кирсанов на предварительном следствии показывал, что сам обнаружил банку с белым порошком и брал из нее пробы. На суде начальник взрывотехнического подразделения уже рассказал, что первичный осмотр произвел кинолог с собакой, все остальные участники обыска находились на лестничной площадке. Собака реакции не дала, но кинолог в помещении якобы обнаружил подозрительную спортивную сумку. Затем в квартиру без понятых заходило несколько взрывотехников, которые сначала нашли в сумке стеклянную банку с порошкообразным кристаллическим веществом, затем отобрали термопробу, по которой сделали вывод, что вещество является взрывчатым, после чего взяли пробу для дальнейших исследований.
По поводу пузырька с прикрепленной пластиковой трубкой и жидкостью внутри, определенного как взрывное устройство, Кирсанов сказал, что его нашли в той же спортивной сумке, где и банку. Однако дознаватель Балакина-Кочеткова рассказывала, что пузырек обнаружили в одной из запертых комнат квартиры.
Противоречивыми оказались и показания Кирсанова по поводу нарубленных гвоздей, которые могли использоваться как поражающие элементы во взрывном устройстве и которые якобы были найдены у Романова.
Капитан УФСБ, эксперт-взрывотехник Николай Патрин показал, что в квартиру один без понятых зашел некий взрывотехник, достал все предметы из сумки и разложил их на полу, пока другие участники обыска стояли на лестнице. Затем тот же взрывотехник снова один зашел в помещение, сфотографировал содержимое сумки, вернулся на лестницу и предъявил фотографии остальным участникам обыска. Гвоздей свидетель не припомнил.
Затем суд приступил к оглашению материалов дела. В частности, протокола осмотра изъятого на съемной квартире системного блока, который принадлежал повесившемуся в отделении полиции Сергею Ветошко. Именно на этом компьютере якобы обнаружили документ с угрозами в адрес представителей власти. Романов настаивает, что впервые увидел его 6 декабря 2013 года, уже после ареста. На системном блоке отсутствуют следы пальцев обвиняемого. По заключению эксперта УФСБ,
документы с угрозами никогда не распечатывались. Однако в материалах фигурируют печатные копии документов.
Отметим, что Романов обвиняется также в том, что 8 декабря 2012 года, в первые сутки после освобождения из колонии строгого режима в городе Макеевке, где он отбывал десятилетний срок, он якобы "покусился на оправдание терроризма". Это прозвучало в интервью неустановленным лицам, которые собирались распространить запись беседы "путем радиовещания". Состоялось ли радиовещание — неизвестно, отсюда и возникла такая формулировка, как "покушение на оправдание".
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны»)
Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
