Захожу в здание Тверского суда. Охрана обыскивает, переписывает паспортные данные, и отправляет на второй этаж в восьмой кабинет. Иду по пустому длинному коридору, бац — одинокая Виолетта Волкова на стульчике сидит. "Вы что здесь делаете?" — спрашиваю. "Я здесь живу". По поводу жалобы очередной пришла. Нужный ей кабинет закрыт. Мой — тоже.
Чуть позже выясняется, что вообще все кабинеты закрыты. А вся судейская камарилья заперлась в "служебном помещении". "Обед у них" — говорит Волкова. — "До которого часа?" — "До двух". Смотрю на часы — время почти полтретьего.
Стучимся. Открывает барышня лет двадцати. Сквозь образовавшийся проём виден стол, на нем винцо и закуска. Сидят, отдыхают. Волкова на взводе. Дверь закрывается с фразой "Обождите". Проходит еще десять минут. Появляется женщина средних лет с пучком на голове. С отрешенным видом, в пол-оборота, объясняет Виолетте, почему жалобу не рассмотрели, и, по ходу, не собираются (я, правда, в юридических нюансах не очень). Волкова почти в бешенстве. Женщина ныряет обратно в помещение и снова запирается на ключ. Виолетта уходит восвояси.
Я стучусь через пять минут. "В восьмом кабинете кто—нибудь будет?" — "Подождите". — "Сколько?" — "Подождите". Продолжают гулять, я жду.
А х-ли делать? Стрелять? Стою прям под дверью, слышу, о чем говорят. В голос ржут над Волковой. Видать, давно знакомы. К Виолетте можно по-разному относиться, я не знаю, какой она адвокат, может и никудышный, но мне ее сегодня просто по-человечески жалко стало. Не лошадиного здоровья, мягко скажем, женщина, как нищенка какая-то обивает пороги, а над ней в открытую издеваются. Передавать скабрезности не буду, противно. Госслужащие, бл-ть.
Меня, впрочем, тоже не жалуют — называют "волосатым в коридоре".
Еще через десять минут выходят, некоторые прям со стаканами. Три девки, старшей от силы лет двадцать пять, дама с пучком, и здоровенный бугай — охранник в бронежилете, чуть ли не сплевывает на пол. Расходятся в разные стороны, на меня ноль внимания. В восьмом кабинете по-прежнему никого нет. Снова начинаю ловить хоть кого-нибудь.
Отлавливаю одну из девок, говорю, мол, я осужденный, 19.3 часть 1, суд прошел без моего участия, хочу постановление увидеть — штраф там, или другое что? Опять брезгливо просит подождать, будто я ей анализ кала принес, и опять не говорит сколько. Малолетка малолеткой, хребет переломать — двумя пальцами можно. Но как, блин? Посадят ведь. Возвращается еще через десять минут с бугаем. Лениво открывает восьмой кабинет, параллельно кокетничая (не со мной, разумеется).
Ищет мою папку. Штраф, слава богу, хотя судила Боровкова. Я говорю, что хочу рассчитаться. Прошу реквизиты. "Поскольку вы вовремя не оплатили, — отвечает, — ваше дело передано судебным приставам. За вами придут". — "Куда?" — "По адресу прописки". — "Когда?" — "Не знаю". — "Так вот же он я. Может я сам к ним схожу? Вам же работы меньше". — "Не знаю ничего. Мне вами заниматься некогда.
К тому же на вас новое дело завести могут — за уклонение от исполнения судебного решения.
Там еще штраф будет". — "Не вопрос, — говорю. — Дайте координаты, где сидят приставы, я съезжу, заплачу сколько надо". — "Вы что, заграницу собрались?" — "Вам какая разница?". — " В общем, не знаю ничего. Придут за вам". Захлопывает дверь. Е-аный ад, господа. Е-аный ад. Как же правы вы были, Виолетта Владимировна. "РежЫм — говно".
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
