В 1988 году он стал одним из основателей и руководителей Ленинградского отделения Демократического союза — первой перестроечной организации, открыто объявившей себя оппозиционной к КПСС политической партией. ДС целенаправленно бил в самое сердце советской политической системы: в монополию правящей партии на власть и идеологию.
Сама мысль о том, что в стране может существовать какая-либо партия, кроме КПСС, тогда еще считалась криминальной. За подобные публичные выступления еще вполне можно было получить милицейской дубинкой по башке или 15 суток ареста. Самого Валеру задерживали и сажали на сутки 12 раз. Ему было не привыкать. Он занимался оппозиционной деятельностью еще тогда, когда за это давали не 15 суток, а 7 лет. И никто не мог с уверенностью сказать, что не начнут сажать опять.
Осенью 1988 года Ленинградское КГБ возбудило уголовное дело "по факту распространения членами ДС материалов, содержащих антисоветскую агитацию и пропаганду" (статья 70 УК РСФСР). Дело вел получивший в последнее время скандальную известность Виктор Черкесов, а Валера оказался одним из пяти членов ДС, у которых был проведен обыск. Вот так человек может войти в историю.
Дело-то оказалось самым последним уголовным делом по "антисоветской пропаганде" и было вскоре закрыто в связи с отменой этой печально знаменитой статьи Съездом народных депутатов. А в течение последующих двух-трех лет все лозунги и требования ДС, изначально считавшиеся экстремистскими, стали, как сейчас говорят, мейнстримом.
Многие старые борцы за свободу на этом и успокоились, почили на лаврах, закрыв глаза на новые безобразия, творимые сначала ельцинским, а потом и путинским режимом. Валера не успокоился, не приспособился, не стал циником, как многие. В 1995—1998 годах он — помощник Галины Васильевны Старовойтовой, одного из самых "неудобных" уже для позднеельцинской власти депутатов. В 2000 году он участвует в создании Движения "Нет!", объединившего тех немногих ветеранов демократического движения, кто сразу почувствовал угрозу нового авторитаризма. И совершенно логичным был приход Валеры в Объединенный гражданский фронт, в коалицию "Другая Россия".
Валера давно знал, что смертельно болен. И торопился передать новой оппозиции свой опыт. Опыт перестроечных радикалов по взламыванию кажущихся железобетонными правил игры, по прошибанию собственным лбом всевозможных стенок. Такое не часто удается в истории. Тогда получилось. Но это всегда связано с набиванием шишек.
Последнюю шишку, не в переносном, а в самом прямом смысле — от дубинки омоновца — Валера получил 3 марта на "Марше несогласных". Для него не было вопроса, ставшего настоящим камнем преткновения для многих старых демократов: как можно выходить на акции протеста вместе с красными, против которых ты всю жизнь боролся? Валера боролся не с "красными", а с Системой, основанной на лжи, насилии, попрании человеческого достоинства. В какой бы цвет она ни красилась.
После запрета НБП Валера сказал: "Теперь вся оппозиция должна выйти под нацбольскими флагами. Из солидарности. Как в Дании во время нацистской оккупации, когда люди вышли с могендовидами, протестуя против еврейских погромов", — вспоминает лидер петербургских нацболов Андрей Дмитриев. Сам Валера не дожил до этого. Но я уверен, он приблизил время, когда нынешняя российская оппозиция научится той солидарности, чувство которой для самого Валеры было органично и естественно.
Светлая тебе память, Валерий Васильевич.
Статья первоначально выходила в "Новой газете в Санкт-Петербурге" 19 ноября 2007 года.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция





