Слово "свобода" в современной России изрядно дискредитировано. Ее не спасает даже перевод на благородную латынь: "либерал", "либерализм" – все это в нынешнем политическом жаргоне слова практически оскорбительные. Всякий блюдущий себя и рассчитывающий на карьеру политический деятель бежит от ярлыка "либерал" (буквально – сторонник свободы) как черт от ладана; хуже для него, пожалуй, только получить бранную кличку "демократ". "Народ-языкотворец" давно уже творчески переработал оба этих термина: "демократ" – это непременно "демокраД", а либерал – соответственно, "либерАСТ". Первое отсылает к "воровству" как к непременному свойству всех сторонников демократии. Второе – по ассоциативной цепочке – к поощрению однополой любви, шире – к сексуальным извращениям, еще шире – к сексуальной и нравственной распущенности и растлению малолетних, чему, собственно, по мысли "языкотворца", и посвящена вся деятельность приверженцев либерализма.

Казалось бы, диагноз ясен. Всем либералам по возможности не появляться "в приличном обществе". Вопреки названию старого советского фильма, "свобода" – это вовсе не сладкое слово; наоборот, это слово гадкое, противное, которое всякий норовит поскорее выплюнуть.

Еще лет 15 назад ситуация была противоположной: тогда сочетание "порыв к свободе" никого не шокировало – напротив, воодушевляло. Что же изменилось за 15 лет?

Вопрос ключевой. Российские либералы, если не хотят совершенно "раствориться в тумане", должны найти на него максимально четкий и ясный ответ.

"Свобода" сегодня однозначно проигрывает "порядку"… В этой одномерной реальности – или одно, или другое – у либерализма нет шансов. Однако действительно ли эта реальность одномерна и выбор именно таков? Но на Западе, где, собственно, и зародилось само понятие "либерализм", все либералы несут на своем знамени и в своих лозунгах неразлучную пару: свобода и закон. Либеральная свобода – это свобода, ограниченная законом. Реализуемая в рамках закона. Теряющая смысл вне закона…

Почему же при переносе на российскую почву либеральных идей спутник Свободы – Закон – куда-то потерялся? По-видимому, дело в том, что, закон у нас, известно, воспринимается все больше в пренебрежительном ключе: "закон что дышло…", "суровость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения" и т. п.

"Секрет" России в том, что здесь от века свобода "снизу" компенсировалась произволом "сверху".

Наши люди верят не в закон, а в "благотворный произвол". 90-е годы прошлого века в России тем и уникальны, что на целое десятилетие случился "сбой": произвол власти ослаб, а противопоставить разгулу свободы оказалось нечего…

Благотворный произвол русского человека умиляет. Вот, скажем, пламенный российский публицист пересказывает сравнительно мелкий эпизод – "как в эпоху Александра Третьего питерский градоначальник цены на хлеб регулировал". Почти притча! "Стали в Санкт-Петербурге цены на хлеб расти неоправданно. Народ недоволен. Вызвал к себе питерский градоначальник местных купцов. Те давай ныть и стонать: неурожай, мол, пошлины, баланс спроса и предложения… А тот им: "А как насчет в холодной посидеть пару месяцев?!" И – о чудо! – со следующего дня цены на хлеб идут вниз!"

Огромная ошибка – думать, будто "свобода русскому человеку не ведома и поэтому его надо учить, что это такое". Наши люди прекрасно знают и чувствуют весь релятивизм понятия "Свобода", потому они так чувствительны сегодня к ее критике. Тот, кто сегодня отстаивает в России "безоглядную свободу", выглядит просто дураком. И этим прекрасно пользуются в своей критике либералов все враждебные им политические силы – от националистов до коммунистов.

В неразрывной паре "свобода – закон" современные либералы сосредоточили весь свой пропагандистский пыл именно на "свободе" и терпят одну неудачу за другой, все больше и больше маргинализируясь. Они думают, будто свобода – это некая экзотика, которую надо "продвигать". Нет, это давно уж не экзотика.

Акцент надо делать совсем на другом – как обеспечить закон…

В паре "закон – свобода" соблюдена хорошая пропорция: одна из ценностей ("свобода") более амбивалентна, но и более ярка, способна задевать более глубокие струны души; вторая ценность ("закон") более "безусловна", более положительна, но и более "уныла". Правильной "PR–стратегией" в этом случае было бы пропагандировать именно закон как базовую и основополагающую ценность, лишь подразумевая, что только закон и обеспечит настоящую свободу… таким образом вторая ценность, оставаясь в тени, только усиливает привлекательность всего сочетания.

А вот противники либералов – на обоих флангах – нынче позиционируют себя в PR-пространстве исключительно грамотно: на первом плане как бы в одиночестве у них порядок. Но и у них на самом деле подразумевается пара базовых ценностей: порядок, основанный на благотворном произволе.

Только "произвол" и у коммунистов, и у националистов уведен, спрятан "в тень".

Порядок – скучная, но, безусловно, "положительная" ценность, она легко принимается массами в позитивном ключе. Произвол, о котором говорится вскользь, прекрасно проявляет свою магическую силу для русского уха. Если не заострять внимания – как не поверить, что они, придя к власти, скрутят все "плохое" в бараний рог, а вот всему "хорошему", наоборот, дадут "зеленый свет", при этом, конечно же, плюя на любые "дурацкие ограничения" и чьи-то "злокозненные интересы"?!

И националисты, и коммунисты обещают "прийти к власти – и железной рукой…" Единственный вопрос, который они всегда стыдливо обходят молчанием: как можно будет избавиться от них, если вдруг выяснится, что их "порядок" никому не нужен? С ответом на такое у адептов пары "порядок – (благодетельный) произвол" всегда трудности… Так как врать неохота, да и обмануть трудно. Все русские люди знают о произволе главное – что он всегда приходит навечно. А как иначе?

Высшая власть, сама в себе находящая легитимность и силу, и не предполагает, будто кто-то или что-то без ее дозволения сможет ее сменить.

Чем, собственно, и объясняется общий "порыв к свободе" конца 80-х: люди просто устали от 70-летнего изощренного произвола коммунистов. И "чудесное поражение" коммуниста Зюганова от больного, растерявшего уже всю харизму алкоголика Ельцина в 1996 году объясняется тем же – тем, что либеральная, по сути, пропаганда "ельцинского штаба" в ходе кампании сумела нащупать единственное слабое место победительной КПРФ того времени! А уж нащупав, била и била в одну точку – беда вовсе не в смене президента с одного на другого. Она в том, что на этот раз коммунисты придут навечно.

И люди испугались! Испугались именно этого: идеология, основанная на произволе, власть сама не отдает. Зюганов проиграл, когда об этом напомнили. Избирать навсегда люди оказались не готовы.

"Произвол" для российского уха не менее амбивалентен, чем "свобода".

"Железная рука" радует только до тех пор, пока человек думает, что она будет гвоздить неких "их", "сволочей, которые мешают Порядку".

Но в глубине души каждый россиянин знает, что однажды эта рука – рука произвола – доберется и до него. Историческая память – страшная штука!

Как жить под властью Закона? Что это такое? Возможно ли это? Какие механизмы обеспечивают не всевластие верхушечного слоя, на долгие десятилетия проникающегося принципом "что хочу, то и ворочу", а функционирование всего механизма управления на понятных, простых, всем известных и безличных принципах – "законах"? Либерализм для России по-прежнему до жути привлекательная и практически неизведанная альтернатива постоянному балансированию между хаосом и произволом.

Ни в хаосе, ни в произволе нет свободы – безусловной ценности для каждого русского человека (что бы ни пели нынче наши поэты, прозаики и прочие "охранители").Но для этого России нужна партия, которая научит ее, как жить по закону. Нормальная либеральная партия.

Первоисточник - Газета.Ru

Алексей Рощин, эксперт Центра политических технологий

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны»)
Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция